Как микропластик использует зиму для атаки на Байкал

Весеннее пробуждение самого чистого озера планеты оборачивается экологической катастрофой. Всю зиму микропластик копится на нижней кромке льда, чтобы с первыми лучами солнца обрушиться в воду — именно туда, где голодные личинки главного фильтратора Байкала начинают свою весеннюю трапезу.

Частицы-невидимки

Микропластик — общее название для синтетических частиц размером меньше пяти миллиметров. Впервые о них заговорили в 1970-х, когда у побережья Новой Англии обнаружили скопления странного мусора. Тогда это казалось локальной диковинкой. Сегодня микропластик находят повсюду: в арктических льдах, в Марианской впадине, в лёгких горожан, в крови доноров и даже в тканях новорождённых.

История загрязнения оказалась длиннее, чем предполагали. В 2021 году сотрудники Чикагского музея естественной истории изучили рыб, пойманных десятилетиями ранее. Выяснилось, что первые частицы пластика рыбы начали заглатывать ещё в 1950-х годах, одновременно с началом массового производства пластмасс. С тех пор концентрация синтетики в организмах только растёт.

Обобщающие исследования по пресноводным экосистемам появились лишь в 2011 году. Морям и океанам повезло больше — их изучают активнее. Россия, обладающая крупнейшими запасами пресной воды, долго оставалась белым пятном на карте микропластикового загрязнения. Байкал исследовали урывками, по большей части летом и только поверхностный слой. Чтобы увидеть полную картину, требовалась зимняя экспедиция.

Ледяная ловушка

Учёные консорциума «Микропластик в окружающей среде» — Томский госуниверситет, Иркутский госуниверситет и Институт географии СО РАН — провели первое круглогодичное исследование Байкала. Полигоном выбрали бухту Большие Коты. Здесь бывают туристы, заходят экскурсионные суда разного размера, но нет автомобильных дорог. Исследователи проанализировали поверхностные и глубинные воды, донные осадки, водоросли, беспозвоночных, рыб, а зимой — снег и лёд.

Результаты превзошли самые пессимистические ожидания. Оказалось, что снег и лёд работают как гигантские коллекторы. Снежинки захватывают пластиковую пыль, которую ветер несёт за сотни километров. Лёд вмораживает частицы из воды. Максимальная концентрация микропластика зафиксирована на нижней поверхности льда — выше, чем в толще воды.

Именно этот слой — место зимовки науплиев, личинок байкальской эпишуры. Epischura baikalensis — крошечный рачок, главный санитар озера. Эти существа фильтруют весь объём Байкала за несколько лет, обеспечивая его знаменитую прозрачность (до 40 метров). Зимой под льдом эпишура составляет практически всё живое сообщество. И именно она оказывается в центре пластикового накопления.

Дальше — больше. Микропластик накапливается на листьях водных растений макрофитов. Моллюски и рачки-амфиподы поедают их, заглатывая синтетику. Рыбы — хариус, сиг, омуль — получают пластик с кормом. Пищевая цепочка работает как лифт, поднимая частицы снизу вверх.

Химический анализ показал широкий спектр полимеров: полипропилен, полиэтилентерефталат, полистирол, полиэтилен, поливинилхлорид. Но нашлись и редкие гости — поливиниловый спирт и алкидные смолы. Последние составляют основу судовых красок. Их повышенное содержание в донных отложениях Больших Котов указывает на местный источник: краска отслаивается от бортов теплоходов, стоящих у пирсов.

По средним показателям Байкал пока чище многих озёр мира. В Великих американских озёрах концентрация микропластика достигает 100 тысяч частиц на кубометр, в индийском озере Ревалсар — 130 тысяч. В Байкале — десятки частиц. Но дело не в средних цифрах, а в механизме.

Весенний удар

Главная опасность кроется в сезонности. Всю долгую сибирскую зиму снег и лёд накапливают пластик. Весной, при таянии, происходит залповый сброс всей накопленной синтетики в приповерхностный слой воды. Этот момент совпадает с пробуждением байкальской жизни: личинки рыб и рачков выходят на кормёжку.

Специалисты Новосибирского института органической химии СО РАН, разработавшие новые методы анализа микропластика, подтверждают: уровень загрязнения Байкала сопоставим с Обью в черте Новосибирска. Для Оби, протекающей через миллионный город, это ожидаемо. Для Байкала, удалённого от промышленных центров, — тревожный симптом.

Полностью очистить озеро от уже поступившего микропластика невозможно. Частицы продолжают прибывать с водами Селенги (река течёт по территории двух стран, запрета на одноразовый пластик в её бассейне нет), с судовыми покрытиями, с мусором, оставленным на берегу.

Учёные настаивают на системном мониторинге всех сред — от подлёдного слоя до рыбьей икры. Байкальский лёд, который мы привыкли считать символом чистоты и хрупкости, оказался не только хранителем древней воды, но и капканом пластиковой эпохи. И каждую весну этот капкан захлопывается.

Автор: Борис Фаттахов